«Суспирия» / Suspiria (2018)

«Суспирия» / Suspiria (2018). Чтобы получить правильные ответы, нужно задавать правильные вопросы. После сеанса «Суспирии» обратил внимание на притихшую компанию молодых людей, один из которых робко спрашивал у своего окей-гугла: «Смысл фильма „Суспирия“?». И тут я задумался: совершенно без проблем могу рассказать, о чём фильм, что в нём происходит и даже, может быть, почему, но вот смысл — это какая-то совсем другая категория. Давайте по порядку. Сначала то, что лежит на поверхности — сюжет. Ковен ведьм прикрывается женским танцевальным театром в Берлине 1977 года. Из этого театра старые ведьмы подбирают себе молодых девушек для поддержания своего существования — в общем-то, классическая история. Естественно, появляется новая подающая надежды девушка, которой предстоит сильно переустроить старые порядки. И параллельно есть ещё линия профессора-психиатра, к которому ходила наблюдаться одна из танцовщиц театра, затем внезапно исчезнувшая. Дальше интереснее. Весь фильм нарочито построен на противопоставлениях и дихотомиях. Начиная от самого очевидного — Берлинской стены, делящей мир напополам (и, кажется, присутствующей почти в каждом кадре с улицей), и вплоть до настолько тонких, что уже на грани надуманных. Основная двойственность, понятное дело, в разумном и мистическом: профессор изучает бред своей пациентки с точки зрения науки и становится свидетелем сверхъестественного, а вице-верховная ведьма, ведомая своими амбициями, позволяет себе усомниться в догматах. Что характерно, обоих персонажей играет Тильда Суинтон. .Дуализм в «Суспирии» характерен вообще для всего. Мирная жизнь соседствует со сводками о борьбе с террористической группой и захвате самолёта — эти сводки звучат ниоткуда, но регулярно. Прекрасны в своей незатейливой изобретательности сцены, в которых застольный смех и разговоры являются лишь ширмой для происходящих в этот момент настоящих серьёзных обсуждений — телепатических. Даже дача профессора, куда он ездит каждую неделю в дань памяти о своей без вести пропавшей жене Анке — и та находится в потустороннем мире, в Восточном Берлине. Но ключевой элемент — это, конечно, танцы. Эти экспрессивные движения на излом тела (буквально) скорее напоминают конвульсии одержимых во время обряда экзорцизма, но под музыку Тома Йорка они обнажают собой какую-то животную страсть, становясь неконвенциональной формой искусства. И конечно же, красной линией через них проходит мантра о единении физического, плотского и духовного: нужно не только обладать мышечной силой и техникой, но и понимать, чувствовать, о чём танец. И как наглядная иллюстрация — эпизод, когда танец одной девушки в прямом смысле слова закручивает в морской узел другую, взбунтовавшуюся. При желании (которого у меня нет), можно было бы ещё покопаться в образах этого фильма: провести параллели между историческими событиями и отношениями внутри женского коллектива; изучить тему материнства — настоящая мать главной героини медленно в муках умирает, символизируя становление «Матери» метафизической (стараюсь максимально без спойлеров); проанализировать мужские персонажи — их там всего трое, причём двое становятся объектами насмешек из-за размеров их пенисов, а третьего играет Тильда Суинтон; и так далее, есть, где разгуляться. Но полезнее создать небольшую дистанцию и все-таки взглянуть на фильм в целом.

Фотография #258

Предыдущая новость

Не скрою, примерно первый час смотрится с обволакивающим ощущением эстетического удовольствия

Следующая новость